Шахтинское дело

Дата: 2013.01.23
Категория: Наша библиотека

 

 

Шахтинское дело («Шахтинский процесс») — «Дело о контрреволюционной организации инженеров и техников, работавших в каменноугольной промышленности СССР» — судебный процесс над «вредителями» в угольной промышленности в Шахтинском районе Донбасса. Первый политический процесс в СССР, во время которого осудили большую группу руководителей угольной промышленности Донбасса. Проходил с 18 мая по 6 июля 1928 в Москве.

Волнения в г. Шахты

Впервые о рабочих волнениях в городе Шахты, в ноябре 1923 года, сообщил «Социалистический вестник». Рабочие-шахтеры Власовско-Парамоновского рудника под руководством члена РКП Капустина. Шахтеры заявили о своих правах и выдвинули петицию из 12 пунктов, которые содержали требования улучшения экономических условий труда, повышения зарплаты, соблюдения техники безопасности, развития самоуправления. Была организована забастовка и манифестация. Около 10 тысяч шахтеров двинулись к зданию ГПУ, где были встречены отрядом вооруженных солдат. Несколько человек были ранены, об убитых «Вестник» не сообщает. Активисты были арестованы. О дальнейшей судьбе Капустина ничего не известно. Волнения же стихли ввиду изменения административной принадлежности Шахтинского района и последовавшей смене руководства.

Следующий всплеск недовольства приходится на май 1927 года.

Об этом свидетельствует закрытое письмо в ЦК заместителя секретаря Шахтинско-Донского окружкома Кравцова, от 20 мая 1927 года. Он обращал внимание рост волнений в рабочей среде по поводу введения новых повышенных норм и пониженных расценок по новому коллективному договору, в результате которого реальная зарплата упала практически вдвое.

Дело

Подготовка Шахтинского дела, в литературе, приписывается инициативе Е.Г. Евдокимова — полномочного представителя ОГПУ по Северному Кавказу. С санкции И. Сталина Ю.Евдокимов провел массовые аресты специалистов, начальников рудоуправлений, сотрудников трестов.

Судебное дело рассматривал специальный состав Верховного Суда СССР (председатель — ректор МГУ Вышинский, члены — Н.Васильев-Южин, Антонов-Саратовский, Н. Курченко и С. Киселев). Государственными обвинителями были прокурор РФСРР М.Криленко и Г.Рогинський, общественными — Г.Гринько, С.Шейн, Крумин и Осадчий. Защищали подсудимых 15 известных московских адвокатов. Ход процесса освещало 120 журналистов. Подсудимые (53 инженерно-технических работника угольной промышленности, среди которых — руководители «Донуголь», Управление нового строительства Донбасса, 5 директоров шахт и рудоуправлений, 5 главных инженеров шахт, четыре немецких специалисты и др.). были обвинены в принадлежности к «контрреволюционной организации», действовавшей в 1922-1928 в Шахтинском (отсюда и название дела) и других районах Донбасса, в Харькове и Москве.

Сообщение прокурора Верховного суда СССР

9 марта 1928 г.

 

На Северном Кавказе, в Шахтинском районе Донбасса, органами ОГПУ при полном содействии рабочих раскрыта контрреволюционная организация, поставившая себе целью дезорганизацию и разрушение каменноугольной промышленности этого района. Руководящий центр этой организации, как подтверждается несомненными данными следствия, находится за границей и состоит из бывших капиталистических собственников и акционеров каменноугольных предприятий Донецкого бассейна, имеющих тесные связи с отдельными агентами некоторых германских промышленных фирм и польской контрразведкой.

Тщательный анализ многочисленных дезорганизующих промышленность явлений (пожары, взрывы, порча машин, завалы шахт) привел к обнаружению контрреволюционных преступников. Последующий арест преступников, показания обвиняемых и свидетелей, данные экспертизы дали обильный материал, с точностью устанавливающий состав, цели, средства и способы деятельности разветвленной заговорщической организации.

Эта организация вовлекла в свой состав, помимо бывших капиталистических собственников и акционеров предприятий, группу инженеров-специалистов, техников, штейгеров, ряд служащих, причем оказалось, что они систематически получали жалование от своих бывших хозяев и специальные суммы от агентов заграничного шпионажа, а многие из них были раньше агентами белой контрразведки.

Следствием установлено, что работа этой контрреволюционной организации, действовавшей в течение ряда лет, выразилась в злостном саботаже и скрытой дезорганизаторской деятельности, в подрыве каменноугольного хозяйства методами нерационального строительства, ненужных затрат капитала, понижения качества продукции, повышения себестоимости, а также в прямом разрушении шахт, рудников, заводов и т.д. При этом задача злоумышленников в случае интервенции, на которую они неизменно рассчитывали, состояла в том, чтобы организовать катастрофический срыв всей промышленности, резко понизить обороноспособность страны и тем помочь интервентам одолеть сопротивление Рабоче — Крестьянской Красной Армии.

Совершенно объективными данными следствия установлено, что всюду, где членам организации удалось в качестве инженеров и служащих подчинить своему влиянию хозяйственный аппарат предприятия, неизменно повторялись нижеследующие явления: мощные пласты и доходные шахты, которые могли давать десятки миллионов пудов хорошего угля, выводились из строя, затоплялись, умышленно взрывались и заваливались. Наоборот, разрабатывались убыточные шахты, с плохим углем, который был явно негоден и при употреблении портил паровозы.

В целях срыва промышленности и дискредитирования социалистической рационализации производства была в высшей степени тонко разработана и проводилась в жизнь система вредительства именно под видом рационализации производства.

Закупалось за границей ненужное оборудование, иногда устарелые машины, иногда, наоборот, самые новейшие, применение которых заводами было невозможно по техническим условиям южноугольного района. Так, например, в Америке были закуплены врубовые машины, пригодные лишь для твердых пластов, и пущены в работу на мягких пластах. Заказы производились со специальной целью их несвоевременного выполнения. Часто выписывались совершенно ненужные механизмы, отдельные части механизмов выписывались разновременно. Переоборудование шахт всюду, где контрреволюционерам удавалось поставить во главе дела своих людей, производилось злостно — халатно, что приводило к многочисленным несчастиям, авариям и разрушениям. Установлено, что всюду, где организация саботажников сумела поставить своих людей, состояние продукции и финансовая мощь предприятия катастрофически падали. Заговорщики стремились всеми мерами к ухудшению положения рабочего на шахтах. Жилища не ремонтировались, опасные работы производились с преступной небрежностью и с прямым нарушением элементарных правил безопасности. При расчетах рабочие нередко обсчитывались, оскорблялись, сознательно провоцировались на стачки. «Неудобных» рабочих увольняли. Заговорщики проникли и в инженерно-техническую секцию профсоюза, что давало им возможность устранять от руководства и работы рабочих-выдвиженцев, коммунистов и честных специалистов, преданных делу социалистического строительства.

Следствием установлено, что участники организации финансировались заграничным белогвардейским центром.

Преступники арестованы и содержатся под стражей. Обвинение предъявляется им по ст. 58/11 и 58/7. По окончании следствия дело будет передано в Верховный суд СССР.

Приговор

Во время судебного следствия «признали» свою вину полностью 20 обвиняемых, частично — 11, не признали — 22. Приговор объявлен 5 июля 1928 :

11 человек были приговорены к высшей мере наказания — расстрелу. Инженеры Н. Н. Горлецкий, Н. А. Бояринов, Н. К. Кржижановский, А. Я. Юсевич и служащий С. 3. Будный были расстреляны 9 июля 1928 года. Для шести остальных (Н. Н. Березовский, С. П. Братановский, А. И. Казаринов, Ю. Н. Матов, Г. А. Шадлун и Н. П. Бояршинов) расстрел был заменён 10 годами. Четверо обвиняемых (в том числе двое германских граждан) были оправданы и четверо (в том числе один германский подданный) приговорены к условным срокам наказания. Остальные — к лишению свободы сроком от 1 до 10 лет с поражением в правах на срок от 3 до 5 лет.

Реабилитация

В конце 2000 года все осужденные по данному делу реабилитированы. Как сообщает Генеральная Прокуратура РФ, 6 июля 1928 года 49 специалистов Донбасса были приговорены к различным мерам наказания Верховным судом СССР под председательством ректора МГУ Андрея Вышинского. В качестве обвинения фигурировало создание «вредительских групп в ряде рудоуправлений Донбасса, правлении треста „Донуголь“ и в правлении ВСНХ СССР» с целью нанесения вреда советской власти. Обвинение утверждало, что определённо «оперировало фактами аварий и затоплений на шахтах, а также антисоветских высказываний ряда лиц». В ходе проверки материалов дела комиссией по реабилитации при Прокуратуре РФ было выявлена фальсификация доказательных материалов и отсутствие вины у осужденных.

Итог и мнения

Член-корреспондент АН СССР Владимир Грум-Гржимайло, умерший в 1928 году, в своём предсмертном письме писал: «Все знают, что никакого саботажа не было. Весь шум имел целью свалить на чужую голову собственные ошибки и неудачи на промышленном фронте… Им нужен был козел отпущения, и они нашли его в куклах шахтинского процесса».

http://back-in-ussr.info/2012/11/shaxtinskoe-delo/